Остатки Великой армии маршала И. Мюрата отходили к Вильно. Главнокомандующий разместился на окраине города — у Ковенских ворот. Он планировал следующим утром двинуться к Ковно, чтобы занять позицию для дальнейшего сопротивления преследовавшим его русским войскам.
К Вильно был отброшен и арьергард Великой армии под командованием маршала М. Нея, занявший юго-восточное предместье города. Ему было приказано закрепиться у Вильно, чтобы прикрывать отход главных сил Великой армии. Для этого маршал М. Ней вывел свои войска на юго-запад от города и стал укреплять позицию у Понарской горы. Но уже в этот день партизанский отряд А. Сеславина атаковал французов. Его кавалерия ворвалась в предместье города, однако не могла развить успех без поддержки пехоты и отступила.
Города достигли остатки итальянской пехотной дивизии и 5-го армейского корпуса бригадного генерала И. Красинского. Кроме того, с боями и потерями пробились к Вильно части баварского 6-го армейского корпуса генерала от кавалерии К. Вреде, потеряв раненым одного генерала.
«Напуганные жители заперли двери»
Французский император Наполеон I в это время уже приближался к Варшаве. Он распорядился, чтобы войска остановились в Вильно на восемь дней для отдыха и сбора отставших. Но замёрзшая и голодная толпа уже практически никому не подчинялась. Она хлынула на улицы Вильно, вызвав панику у местного населения, которое в спешном порядке закрывало дома, лавки, прятало товары. Тогда начались повальные грабежи и беспорядки.
Фабер дю Фор продолжает свой рассказ о прибытии армии в Вильно, представив картину полнейшего ужаса:
«9-го числа основная часть армии, около 40 000 отчаявшихся людей, прибыла к Вильно в состоянии самого жалкого замешательства. Преследуемые русскими колоннами, они бросились в город, хотя тысячи были раздавлены насмерть у ворот. Так же, как и на Березине, толпа обезумевших, отчаявшихся людей, топча умирающих ногами, ринулась вперед, пытаясь проникнуть в безопасность городских улиц. Испуганные жители заперли свои двери и не пускали никого. Это было душераздирающее зрелище — видеть толпу несчастных, покрытых тряпками, умоляющих на улицах, когда температура упала до 28 градусов».
Не было места и в госпиталях и бараках, так как они давно уже были заполнены до краев. Их длинные коридоры и нетопленые комнаты были забиты мертвыми и умирающими.
«Евреи вели себя по отношению к нам плохо. Пока армия союзников еще была на месте, они приходили и предлагали свои услуги и товары и даже приглашали людей в свои дома. Однако, как только были получены новости о приближении русских, они вышвырнули войска союзников на холодные улицы, тем самым стремясь снискать расположение в глазах победителей».
«Среди всех сцен ужаса и разрушений грохот пушек был своевременным напоминанием о том, что нам следует немедленно покинуть город».
Вильно стал вторым Смоленском
Вильно, как прежде Смоленск, был обетованною землей в мыслях солдат. Здесь надеялись они, наконец, насытиться и отдохнуть. Но их ожидания не оправдались, так как пришлось немедленно бежать дальше.
Но главная беда, как отмечает очевидец и участник событий В.Верещагин, состояла в другом. В городах и во всех этапах по дороге не знали ни об истинном положении армии, ни об ее приближении, так как и то, и другое скрывалось до последней минуты. Это стало причиной того, что беглецы везде заставали дорожные власти врасплох, неприготовленными. Так было и на этот раз:
Например, в Вильне было припасено муки на сто тысяч человек, на сорок дней, не считая зерна в магазинах; говядины — на сто тысяч человек, на тридцать шесть дней, в стадах; пива и водки в еще большей пропорции; тридцать тысяч пар сапогов; двадцать семь тысяч ружей и громадное количество одежды, амуниции, седел, упряжи и всякого снаряжения. Не получивши своевременно никаких распоряжений, власти не посмели тотчас раздать все это, промедлили.
Из-за их промедления все запасы перешли в руки следовавших за французами по пятам русских.
Сам город, как отмечает автор в своих воспоминаниях, представлял заразную клоаку. Тысячи умерших не вывозили за город для погребения. Их просто выбрасывали на дворы домов, где больные располагались, так что складывались целые кучи мертвых тел. А «больные, чтобы недалеко ходить, на этих же телах расположили свои нужные места».
В такие госпитали была оборудована большая часть домов. И все они были битком набиты ранеными и больными, которых ждало еще одно испытание:
Лишь только французы отошли за Вильну, как домовладельцы, евреи, выбравши от больных все деньги, пораздевали и повыкидывали их, совершенно голых, на улицу — русские власти и сам император Александр должны были предпринять деятельные и строгие меры для водворения раненых в домах и облегчения их участи.
Хроника дня 9 декабря
3-я Западная армия перешла из Ошмян в Медники. Её передовые части под начальством генерал-лейтенанта Е.Чаплица разбили 34-ю пехотную дивизию генерала Л. Луазона, назначенную в арьергард из-за потерь корпуса Виктора у Сморгони. Во время боя дивизия понесла большие потери — 16 орудий и 1600 человек пленными.
Отряд генерал-майора С. Ланского из Волынского уланского и двух Донских казачьих полков преследовал неприятеля, который из Ошмян отходил к Вильно через слободу Шумску и местечко Кену. Южнее части Летучего казачьего корпуса атамана М. Платова вышли к Рудомину. При этом казачий отряд вновь возглавил поправившийся от болезни генерал-адъютант В. Орлов-Денисов.
Войска генерала от кавалерии П. Витгенштейна достигли Нестанишек, а их авангард – Свирянки. «Летучий корпус» генерал-адъютанта П. Голенищева-Кутузова с кавалерийстами генерал-майора Н. Бороздина 2-го достигли Неменчина. Его передовой отряд под командованием подполковника Ф. Теттенборна подошел к Вильно и занял предместье города.
Главная армия генерала от кавалерии А. Тормасова вышла к Кисели. Войска генерала от инфантерии М. Милорадовича заняли Сморгонь.
Партизанский отряд полковника Д. Давыдова добрался до Ольшан. «Летучий корпус» генерал-адъютанта А. Ожаровского получил приказ выйти к Слониму, чтобы вести разведки частей Австрийского вспомогательного корпуса генерал-фельдмаршала К. Шварценберга. Командир 2-го резервного корпуса генерал-майор С. Тучков 2-ой получил предписание послать два казачьих полка к Ново-Сверженю.
На Волыни корпус генерал-лейтенанта П. Эссена 3-го продолжил обходной марш к Минску, совершив переход от Сильно до Клевани.
Главнокомандующий всеми русскими армиями генерал-фельдмаршал М. Голенищев-Кутузов прибыл в Сморгонь. Он планировал расположить в Вильно свой штаб и лучшие части русских войск – гвардейскую пехоту. В связи с этим велел П. Чичагову и казачьего корпуса М. Платову не допустить причинения «обид» городу. То есть, требовал все видом показывать, что русская армия пришла в Вильно как освободитель. Кроме того, 3-я Западная армия получила приказано после занятия города преследовать противника дальше, но оставить в Вильно небольшой гарнизон до прибытия гвардейских полков.
Источник: Саратовский историко-патриотический комплекс «Музей боевой и трудовой славы»
Просмотров: 29
