Они кружили, как волки вокруг крупной добычи

2 сентября 31 года до н. э. в Ионическом море у мыса Акций произошел морской бой между силами Октавиана Августа и объединенным флотом Марка Антония и египетской царицы Клеопатры. Он подвел черту под эпохой Гражданских войн и положил конец Римской республике. Таким было самое раннее датированное событие в истории 2 сентября. Исход этой грандиозной драмы определили тактика и гарпаксы — секретное оружие Марка Випсания Агриппы.

Плавучие крепости против волчьей стаи

В этом сражении сошлись два разных типа военных кораблей.

• Флот Марка Антония: тяжелые многопалубные квинквиремы и децимремы. Это были огромные, неповоротливые корабли с толстой деревянной броней, защищавшей от таранов. Антоний сделал ставку на артиллерию (камнеметы) и штурмовые башни, превратив суда в плавучие форты.
• Флот Октавиана под командованием Агриппы: маневренные двухпалубные либурны. Они были значительно меньше, ниже и уступали в прочности, но обладали колоссальным преимуществом в скорости.

Антоний планировал зажать Агриппу в ближнем бою, сломать его корабли весом и расстрелять из баллист. Но Агриппа переиграл оппонента, навязав дистанционный бой. Дион Кассий подчеркивает, что либурны не могли идти на грозные корабли Антония в лобовой таран. Вместо этого они использовали тактику волчьей стаи:

• Окружение: Группы из 3–4 либурн на полной скорости кружили вокруг одного неповоротливого гиганта.
• Изматывание: Они стремительно приближались, засыпали палубу стрелами, камнями из баллист, обрубали врагу весла и тут же отступали назад.
• Финал: Обездвиженный и измотанный корабль брался на абордаж совместными силами.

Плутарх и Дион Кассий описывают, что до начала сражения на кораблях Антония царило шапкозакидательское настроение. Воины и матросы Марка Антония презрительно называли либурны Октавиана «челноками», «рыбацкими лодками» или «москитами». На фоне гигантских пяти- и десятипалубных «плавучих крепостей» Антония либурны с их полупустыми открытыми палубами казались легкими пиратскими лодками.

Экипажи Антония высокомерно наблюдали за тем, что либурны не решаются подойти на дистанцию тарана или честного абордажа, а лишь суетливо кружат поодаль. Они воспринимали маневренность как трусость и неспособность вести войну «по-римски».

Однако в ходе боя эта ирония обернулась для них катастрофой. Либурны, по утвержению античных историков, кружили вокруг неповоротливых гигантов, словно стая волков вокруг крупной добычи. Они не только на ходу ломали им весла и методично осыпали зажигательными снарядами. В ход пошло секретное оружие Агриппы — гарпаксы. Вот тогда экипажи Антония поняли, что их неповоротливые монстры — в ловушке.

Смертоносные гарпаксы — секретное оружие Агриппы

Главным же технологическим преимуществом Октавиана стало использование гарпакса (греч. ἅρπαξ — «хищник») — абордажного снаряда, сконструированного Агриппой.

Конструкция гарпакса была гениальной в своей простоте:

• Прочный деревянный брус длиной около 2,2 метров (5 локтей), плотно окованный толстыми железными полосами. Железная обшивка исключала возможность для вражеского экипажа быстро перерубить оружие топорами.
• На конце бруса крепился массивный зазубренный железный крюк-гарпун, ковавшийся из закаленного железа. По бокам от него монтировались подвижные лапы-зазубрины.
• К основанию бруса крепилось стальное кольцо. Продетые через него прочные канаты крепились к механическим судовым лебедкам.

Гарпакс выстреливался из мощной палубной баллисты со средней дистанции. Тяжелый наконечник насквозь пробивал деревянный борт вражеского судна и намертво застревал там. Прижатые к нему во время полета лапы при натягивании каната раскрывались в стороны и упирались в края досок пробитого борта. Вытащить снаряд назад вручную было физически невозможно. Как только цель была «поймана», команда Агриппы приводила в действие лебедки, натягивая канаты. Либурны быстро подтягивались к обездвиженному кораблю Антония, лишая того хода и возможности маневрировать. Затем уже римские легионеры шли на абордаж.

Марк Випсаний Агриппа уже использовал гарпакс в морских сражениях против Секста Помпея в 36 году до н.э.. В результате Секст потерял 180 из 300 военных кораблей — 28 от тарана и 155 от захвата и огня. Яркое свидетельство эффективности этого оружия.

До него римляне использовали тяжелый мостик «ворон» (corvus), который нарушал остойчивость кораблей и приводил к их опрокидыванию во время шторма. Гарпакс имел явное преимущество перед этим традиционным морским абордажным устройством, поскольку был гораздо легче. От другого традиционного оружия — кошек — можно было избавиться, перерубив канаты. Но не в случае с гарпаксом. Аппиан отмечает: «Поскольку об этом устройстве раньше никто не слышал, у противника не было шестов с прикреплёнными к ним косами».

Всем известный финал сражения

Гарпаксы и принцип работы снаряда коренным образом изменил динамику боя. Египетская царица Клеопатра находилась со своим резервом из 60 быстроходных кораблей позади основной линии Антония. Вместо неприступных крепостей она увидела горящие, лишенные весел и хода суда, которые методично вылавливались гарпаксами Агриппы. Возникла прямая угроза того, что либурны прорвут строй и загарпунят её собственный флагман, что означало бы позорный плен.

Поймав попутный северо-западный ветер, Клеопатра приняла решение спасать остатки сил. Египетский флот неожиданно поднял паруса и прорвался сквозь образовавшуюся в хаосе брешь в сторону Александрии. Поддавшись эмоциям, Марк Антоний бросил армию и последовал за ней — навстречу своей гибели.

Оставшийся флот Антония мужественно сражался до темноты, но был сожжен или захвачен.

Оставшиеся воины Антония долгое время даже не знали, что их главнокомандующий сбежал. Они продолжали яростно сражаться против наседавшего врага. Октавиан пытался убедить их сдаться, крича с мостика, что Антония больше нет, но солдаты не верили этому и держали оборону. Огромные корабли стояли как стены, и легкий флот Цезаря никак не мог их потопить. Тогда Октавиан принял решение, которого до последнего пытался избежать, — он приказал использовать огонь.

Солдаты Цезаря начали метать на корабли Антония горящие факелы, горшки с кипящей смолой и зажигательные снаряды из метательных машин. Корабли Антония были сухими и пропитанными смолой, поэтому пламя охватывало их мгновенно.

Настало страшное зрелище: люди пытались тушить пожар морской водой, но из-за высоты бортов не могли зачерпнуть её в нужных количествах. Некоторые задыхались в дыму внутри кают, другие заживо сгорали на палубах. Многие прыгали в море в тяжелых доспехах и сразу шли на дно, а тех, кто пытался плыть, воины Цезаря расстреливали из луков. Лишь к вечеру, когда большая часть флота Антония была сожжена или захвачена, битва окончательно завершилась. — Дион Кассий. «Римская история». Книга 50 (Главы 31–35)

Спустя неделю, 9 сентября 31 года до н.э., брошенная командованием сухопутная армия (19 легионов) также капитулировала.Октавиан Август предложил рядовым легионерам Антония присягнуть ему. Вражеские части были расформированы и бесконфликтно интегрированы в состав армии Октавиана (так возникли легионы с наименованием Gemina — «Близнецы»). Позже десятки тысяч ветеранов были демобилизованы и наделены земельными наделами в отдаленных провинциях (Испания, Галлия, Балканы), что полностью исключило риск повторного восстания.

Просмотров: 10